Евразийство как идеология российского неоколониализма, или что такое партия «Биримдик»?

Введение

Нашей первейшей целью, как марксистов, является изобличение всякой идеологии, «ложного сознания». До этого в наших текстах мы нередко касались темы неолиберальной идеологии являющейся доминирующей системой взглядов в Кыргызстане, как в политике, так и в экономике. Сегодня же речь пойдёт о таком специфически постсоветском явлении как евразийство, которое нередко в Кыргызстане ассоциируется с чем-то левым или даже социалистическим, хотя на самом деле не имеет к ни к тому, ни к другому никакого отношения. Более того, евразийство нам представляется не менее опасной идеологией нежели неолиберализм, так как именно евразийство становится точкой притяжения для людей левых взглядов и даже называющих себя коммунистами, таким образом умерщвляя в зародыше любое нормальное социалистическое и коммунистическое движение.

Однако актуальность разговора об евразийстве выходит далеко за пределы вопросов левого движения и становится важнейшей темой для всего Кыргызстана. И на то есть как минимум две причины.

Первая причина, это разворачивающаяся уже не первый год, по инициативе наших основных внешних партнеров — России и Казахстана — евразийская интеграция, которая существенно ограничила потенциальные возможности для развития нашей страны, заставив сделать вполне определенный выбор в экономическом партнерстве с нашими северными географическими соседями. Разумеется, главным образом речь идет о вступлении Кыргызстана в Евразийский экономический союз (ЕАЭС), которое сделало евразийство важным элементом внешней политики Кыргызстана.

Также широкое сотрудничество на евразийской платформе происходит в гуманитарной сфере — университетах, исследовательских центрах и всяких прочих организациях, число которых растет с каждым годом. Причем немаловажным является то, что на этом этапе евразийство притягивает к себе людей с зачатками левых взглядов, ибо имеет акцентированную антилиберальную повестку. Всё это не может ставить вопроса о том, в чьих интересах проводится эта политика и содержит ли она в себе хоть что-то положительное нашей страны.

Первоначальный и нынешний логотипы «Биримдик»

Вторая же причина — это появление на политическом горизонте перед новым избирательным циклом партии «Биримдик», которая собрала в своих рядах большое количество матерых политиков, действующих депутатов и членов парламентских фракций с солидным политическим капиталом. Основой партии, очевидно, станут выходцы из СДПК — партии власти, которая выиграла предыдущие парламентские выборы и фактически распалась в период минувших президентских выборов. Пока выборный список партии не утвержден, но СМИ предполагают что там, помимо лидера партии Марата Аманкулова, может оказаться младший брат действующего президента Асылбек Жээнбеков, действующие депутаты парламента Торобай Зулпукаров, Улан Примов, Чыныбай Турсунбеков, Азамат Арапбаев, Аида Касымалиева и Айнуру Алтыбаева. Также предполагается что ряды «Биримдик» могут пополнить политики из «Онугуу-Прогресс» и «Бир Бол»: Исхак Пирматов, Бакыт Торобаев, Мирлан Бакиров и прочие представители политического истеблишмента Кыргызстана, вплоть до свеженазначенного премьер-министра и бывшего городского коменданта Кубатбека Боронова. Фактически, партия уже начала свою предвыборную кампанию задолго до официального объявления о её начале, еще марте-апреле 2020, в период карантина (под предлогом гуманитарной помощи в период коронавирусного карантина). Это указывает на наличие солидного политического и, самое главное, денежного капитала.

Таким образом мы становимся свидетелями складывания новой и потенциально очень мощной политической партии, которая будет претендовать на большое количество мест в следующем созыве.

В самом факте складывания крупной политической силы перед выборами нет ничего нового — для Кыргызстана это совершенно нормальное явление и перед каждым новым избирательным циклом политические деятели могут замешиваться в партии в абсолютно произвольном порядке. Притом вопрос идейного единства, составления политической программы является наименее важным в процессе формирования партии — гораздо важнее сиюминутные шансы пробиться в парламент и все те возможности, которое даёт депутатское кресло. Вчера ты мог вешать на щит лозунги рыночных и либеральных свобод, завтра оказываешься членом партии которая зовёт себя социалистической и ни у кого это не вызовет ни малейших вопросов.

Однако кое-что примечательное в случае партии «Биримдик» всё же есть. Все дело в том что в качестве формальной идеологической платформы ею выбрано евразийство и… демократический социализм. Да что уж там, даже символика новой партии первоначально представляла собой флаг Кыргызской ССР.1Прим. — Судя по всему, сейчас партия использует другой логотип, но евразийство и демократический социализм никуда не делись. Сила, которая позиционирует себя левой и в теории может даже выиграть выборы — это вещь невиданная на постсоветском пространстве и заслуживает пристального внимания. Тем более что многие левые активисты в Кыргызстане, члены дряхлой коммунистической партии восприняли всё это с большим энтузиазмом и переметнулись в «Биримдик» при первой возможности. Как у сознательных марксистов всё это не может не вызвать у нас усмешку. Однако мы понимаем, что люди устали от роста экономического неравенства и нищеты, а потому паразитирование на советском прошлом под новой вывеской непременно найдет себе сторонников.

А самое интересное то, что в случае «Биримдика» нам даже есть о чем поговорить. Стоит отдать должное молодой партии: они хотя бы попытались построить какую-то непротиворечивую политическую платформу и программу, созвав несколько круглых столов где обсуждались теоретические вопросы. И надо сказать что получились эти круглые столы довольно симптоматичными. Наиболее красноречивой их частью оказалось то, что даже определение евразийства и демократического социализма даётся участникам очень непросто. Одни считают, что евразийство неопределимо(!), другие мечтают о туранском (тюркском) евразийстве, третьи отмалчиваются и говорят, что им близка позиция партии. Довольно смешным получился и разговор о социализме, застрявший на уровне между курсом краткой истории КПСС и эмоциональной памятью из тяжелой тоталитарной юности. Чего только стоят заявления о том, что Маркс был опровергнут Бернштейном или странные сентенции о «генетическом еврействе Маркса наложившем свой тяжелый отпечаток на его теорию».

Так или иначе, все участники круглого стола сошлись во мнении, что Маркс, писавший в 19 веке, устарел (видимо не существует марксистов со времен Маркса, а положения Маркса, Энгельса, Каутского, Ленина и т. д. никак не перекладываются на нашу действительность), а демократический, нетоталитарный социализм, как явление доселе в природе не существующее, теоретически не разработанное, нашим титанам мысли предстоит только выдумать. И очевидно что самым подходящим местом для соответствующих разработок является Жогорку Кенеш.

На том же круглом столе явно бросается в глаза полное отсутствие понимания своей собственной программы. Нельзя не отметить и всей натужности происходящего, отсутствия взаимного интереса и общего языка между политическими лидерами партии и приглашенными интеллектуалами. Всё что может предложить на сегодняшний день «Биримдик» людям — это интервью своего лидера, Марата Аманкулова где он говорит следующие слова: «Нашей главной объединяющей силой является идея евразийства и демократического социализма.», «…мы, партия „Биримдик“, партия демократического социализма. Евразийский выбор — это всерьез и надолго. И я уверен, что за нами будущее. Это партия будущего с серьезной объединяющей идеей и платформой. У нас впереди долгая и продуктивная политическая жизнь.»

Запись круглого стола «Демократический социализм — выбор Евразии»

Хорошо видно, что у «Биримдик» есть определенные трудности с собственной идеологией: никто не понимает зачем она нужна, но и без неё никак нельзя. Впоследствии мы выдвинем несколько предположений о том, почему в качестве платформы было выбрано именно евразийство. Однако перед этим давайте всё-таки разберемся, что же такое евразийство на самом деле, коль скоро даже его сторонники не могут рассказать нам о нем ничего определенного.

Более того, мы убеждены что тема евразийства заслуживает внимания не только в контексте партии «Биримдик», которая по тем или иным причинам может оказаться не у дел на грядущих выборах или же спешно сменит идеологическое направление по отмашке политтехнологов. Евразийство, пользуясь словами лидера партии, действительно закрепилось в Кыргызстане давно, всерьез и надолго, вне зависимости от наличия или отсутствия политических сил, заявляющих о своей приверженности оному.

Также мы считаем что критический анализ евразийства актуален для всего постсоветского пространства, ибо евразийские настроения находят отклик в Казахстане, Беларуси, Таджикистане, Узбекистане, Молдове и ряде других стран, не говоря о непосредственно России, как родине евразийства и основной его проводнице, обеспечивающей его развитие не только идейно, но и финансово.

Евразийство первой волны

«Я нисколько не сомневаюсь, что евразийцы хорошие и, может быть, интересные люди — но они плохие мыслители — с неясной головой, с религиозно-философскими априориями — но самое главное — скучные и неживые, по статьям своим»

В. И. Вернадский, письмо сыну г. в Вернадскому, историку-евразийцу

Переходя к разговору об истоках евразийства, сложно не привести весьма меткое определение евразийцев и их трудов, данное выдающимся ученым-естествоиспытателем Владимиром Ивановичем Вернадским, охарактеризовавшим их как мыслителей с «неясной головой», а также как «скучных и неживых». Это краткое резюме отлично подходит и к евразийцам современным. Нижеследующее краткое описание евразийства является плодом весьма долгой и, признаться, нудной работы с невообразимым количеством евразийской графомании: пошлой, скучной, и хуже всего, совершенно антинаучной. Неудивительно что единственным читаемым автором из всей плеяды евразийских мыслителей является Л. Н. Гумилёв, которому на роду было написано владеть словом, что впрочем не добавляет смысла его работам.

Как явление евразийство корнями уходит в русскую эмиграцию первой половины XX века, вновь подняв голову с развалом СССР. Будущие молодые евразийцы, появившиеся начале XX века, видели, что бурный рост национального сознания колониальных окраин бывшей Российской империи, начавшийся вследствие революции, получение отдельными народами национальных государств, широкого перечня прав и свобод, ставят под вопрос центральную роль России в определении дальнейшей судьбы всего региона.

Оно представляло собой поиск молодыми обездоленными русскими патриотами новой национальной идеи, способной вновь актуализировать центральную роль русского народа на территориях принадлежавших прежде Российской Империи. Первый сборник евразийских текстов «Исход к востоку» увидел свет в 1921 году в Софии, а авторами его выступили П. Савицкий, Г. Сувчинский, Н. Трубецкой и Г. Флоровский. Впоследствии к ним присоединились и другие видные интеллектуалы того времени. Будучи специалистами в разных областях, молодые евразийцы пытались описать общую для них идею в рамках своих специализаций и по многим вопросам были принципиально не согласны между собой. Отсюда исходит некоторая дробность и непоследовательность их учения, что бросается в глаза уже в первом их сборнике. Сам П. Н. Савицкий в письме Струве писал следующее:

…среди пяти наличных евразийцев представлено, по крайней мере, три существенно различных политических направления (от моего национал-большевизма до противобольшевизма Флоровского).

Эта мозаичность выливалась в конфликты и разногласия. Флоровский, к слову, впоследствии стал одним из критиков евразийства, Трубецкой, не желавший заниматься политикой вернулся к научной деятельности, Сувчинский же и вовсе ушел от евразийства и стал троцкистом. «Хоровая личность» как сами именовали себя Трубецкой, Савицкий и Сувчинский, распалась, а вместе с ней, по сути, распалось и евразийство. Вот что писал по этому поводу сам Трубецкой:

Нефть [евразийство] существовала тогда, когда существовала хоровая личность тройки, т. е. людей, ни в чем основном никогда друг с другом не спорящих. (…) Этой хоровой личности больше нет, а потому больше нет и нефти [евразийства]

письмо Трубецкого от 14 октября 1925 года

Основные идеи евразийства в сущности не так сложны. В противовес эмигрантской прессе, в большинстве своём вещавшей о гибели России и призывавшей обращаться за помощью к Европе и Америке, евразийцы выбрали другой путь. Они начали говорить об ошибочности тяги России к Европе, что исторически, культурно и географически Россия не принадлежит к Европе. В первом же своём сборнике евразийцы излагают мысль о том, что Россия это не только Европа, но и Азия, расположенная ровно посередине между глобальным востоком и западом, она объединяет черты и особенности обоих, но объединяет по своему и становится чем-то третьим, образуя свою собственную евразийскую культуру. Географические и ландшафтные особенности «Евразии» (не отождествляется с материком Евразия) играли одну из ключевых процессов появления этого «третьего».

Савицкий излагая своё географическое обоснование евразийства, говорит о том, что неравномерность распределения ресурсов между югом и севером Евразии вынуждали её обитателей к постоянному хозяйственному взаимодействию, а бесконечные равнины (географические границы Евразии приблизительно совпадают с Евразийской степью) «приучают к широте горизонтов, к размаху геополитических комбинаций»2Петр Савицкий «Географические и геополитические основы евразийства», т. е. порождают свою политическую форму, отличающуюся от европейской, а именно многонациональную империю расположенную на огромной территории, с сильной централизованной властью и сама природа, культура, история, объединяемые Савицким в причудливое понятие «месторазвитие» толкает народы населяющие эти пространства к объединениям в такую империю. Исторически евразийцы выделяли несколько попыток подобной интеграции: Тюркский каганат, Монгольскую империю и Российскую империю и сам СССР, который воспринимался ими как инструмент модернизации старой империи, прямым её продолжением. Российская Империя предстает в их трудах как прямая наследница не Московской Руси, а Золотой орды, при этом не только как наследница имперской политической формы, а как культурное и даже генетическое продолжение.

Много ли найдется на Руси людей, в чьих жилах не течет хазарской или половецкой, татарской или башкирской, мордовской или чувашской крови? Многие ли из русских всецело чужды печати восточного духа: его мистики, его любви к созерцанию, наконец, его созерцательной лени?

П. Н. Савицкий «Поворот к Востоку»

Из общей для евразийских народов истории, следует и единая культура. Эту культуру евразийцы противопоставляли европейской, «романо-германской» которую они изрядно демонизировали, приписывая ей чуть ли не все беды современности. Европейской культуре приписывалась эгоцентричность, монополия на цивилизацию и повсеместное замещение местных культур — своей, т. е. повсеместную европеизацию, такое потенциальное общечеловеческое культурное единство Трубецкой называл обезличенным и бездуховным. Неевропейские народы, в свою очередь, во-первых теряли свою идентичность, своё самоощущение, а во вторых приобретали своеобразный комплекс неполноценности, начиная измерять свои успехи и неудачи европейскими мерками.3Н.С. Трубецкой «Об истинном и ложном национализме» Забавно что сейчас эту часть их работы пытаются называть деколониальной, хотя любому здравомыслящему человеку здесь очевиден неприкрытый националистический мотив.

Так что же из себя в таком случае представляет евразийская культура? Евразийство стоит на объединении различных культурных компонентов в супер-этнос, где различные народы на равных условиях, с равными правами и вкладами сосуществуют, сохраняя при этом свою идентичность, исповедание и культурно взаимообогащаясь со всеми прочими народами.

Правда когда дело доходило до практических предложений, фокус смещался на роль русского народа в этом процессе. Русская культура, равно как и русское православие должны были выступить стержнем для этого объединения, Трубецкой к примеру, поддерживал продвижение русского языка и перевод национальных алфавитов на кириллицу на территории Евразии, несмотря на последствия для этнических культур от такой русификации.

Мессианская роль России воспроизводится ими на различных уровнях, на религиозном у Флоровского: «Он (русский народ — прим. КЫРГСОЦ) — подлинное орудие Божие, творческий носитель Божественной и вселенской жизни, общечеловеческой или вселенской культуры».4Г.В. Флоровский «О народах не-исторических (Страна отцов и страна детей)» На географическом, экономическом и генетическом у Савицкого. На культурном и языковом у Трубецкого.

Если приглядеться поближе, то становится не совсем понятным, против чего же выступали евразийцы. Чем культурная политика Запада отличается от той, что предлагают они сами, если русский народ предстает в их трудах «носителем общечеловеческой культуры»? Чем отличается языковая политика, скажем, Британской империи, от той, что поддерживал Трубецкой, и чем в конце концов отличается западный капитализм, от того, о котором рассказывал Савицкий, за исключением транспортировки товаров по суше?

На деле, большинство их мечтаний разбиваются об историческую реальность. Присоединение новых колоний к России было бескровным ровно до той поры, пока эти колонии не кем было заселить. Обширные северные владения были пригодны для жизни только местного населения, колонисты попросту там бы не выжили, а разработка полезных ископаемых стала технически возможна значительно позже. Если взять в пример наш регион, то бескровным владычество России было до той поры, пока сюда не начали активно переселяться русские колонисты, сгоняя кочевников и дехкан с их земель. Царская администрация обложила местное население огромными налогами, в итоге все это привело к Уркуну, к массовому уничтожению и бегству местного населения в Китай, через непроходимые горные перевалы — уж лучше так, чем с добрым российским империализмом.

Интеллектуальная ущербность евразийства, идущая в разрез с фактами и логикой, вовсе не уникальна. В этом смысле несложно уловить определенное интеллектуальное родство евразийства с цивилизационным историческим подходом, который начал формироваться в Европе несколько ранее, с середины XIX века и до первой половины XX века. Цивилизационный исторический подход, крайне распространенный и в наши дни, отвечал запросам молодых национальных государств, сложившихся благодаря влиянию капитализма. Именно переход к капиталистическому способу производства соединил исторически феодально раздробленные Англию, Францию, Германию, Италию и многие другие современные европейские страны. Для молодых стран и наций было предельно важно идеологическое обоснование собственной национальной уникальности и обособленности, акцентированное отличие себя от всех остальных, что и привело к появлению псевдонаучной цивилизационной исторической школы, тесно смыкающейся с националистическими и консервативными политическими течениями, представленной в XX веке именами Освальда Шпенглера, Арнольда Тойнби, Дэниэла Белла, Элвина Тоффлера и Сэмюэла Хантингтона.

Нет ничего удивительного в том, что вторя европейским мыслителям, с приходом капитализма в Россию начинает складываться своя цивилизационная парадигма, которая вырастает на основе славянофильства XIX века, традиции русского консерватизма, представленной именами Константина Леонтьева и Николая Данилевского и отдельной от Западной Европы религиозной православной культуре. Однако в силу вышеупомянутой отсталости, данные идеи находят свое материальное выражение уже тогда, когда Россия минуя стадию буржуазной революции перепрыгивает к социализму, оставляя наработки евразийцев не у дел.

С другой стороны, в евразийстве с самого начала отчетливо прослеживается классический националистский и капиталистически-колониальный мотив превосходства русского этноса, русской культуры над всем остальным, который должен был бы выполнять, существуй он в несколько других условиях, политический и социальный заказ на сохранение статуса кво, приниженного положения нерусского населения в Российской Империи, сохранения черты оседлости и доминирующей роли русской культуры над всем этим гигантским пространством. Неплохой пример политического выражения подобных идеалов в своё время продемонстрировал Керенский, в вопросе урегулирования волнений в Туркестане, будучи главой Временного правительства (и это наглядное свидетельство тому, что ждало бы российские колонии, не приди к власти большевики).

Керенский во время приема делегации узбеков в Петербурге, просивших его об отмене запрещения земельных сделок в Туркестане, на старый монархический манер и в истинно-монархических выражениях, заявил о своей верности старой политике: «Верю в вашу преданность нашей (!) родине и не верю слухам, что в Туркестане готовятся волнения против России; но предупреждаю, если бы таковые где-нибудь произошли, будут приняты самые суровые меры”. Шкапские и К0 делали то, о чем говорил российский Бонапарт из либеральных адвокатов.

Г. Сафаров «Колониальная революция»

Само собой, подобные взгляды были откровенно маргинальными в революционную эпоху начала XX века и уж тем более после Октябрьской революции. Потому идеологи евразийства, появившись не в то время и не в том месте оставались на обочине интеллектуальной и общественной жизни, проигрывая целиком и полностью прогрессивным интернациональным марксистским коммунистическим движениям. Однако с развалом СССР ситуация коренным образом меняется, когда Россия возвращается на буржуазные рельсы.

Неоевразийство

С распадом «Хоровой личности» тройки Трубецкой-Савицкий-Флоровский, евразийство постепенно начало пропадать с радаров, последним продолжателем их традиции считается уже упомянутый Лев Николаевич Гумилёв. Но время шло, Союз распался, отчасти его распад проходил на националистической волне, и вновь актуальным стал поиск Россией как и некоторыми другими странами идеи, способной на просторах бывшего Советского Союза, создать новое экономическое и политическое объединение.

Различные идеологические конструкции со схожей евразийству риторикой или же открыто называемые евразийством появились на различных уровнях: политическом, академическом, публицистическом и даже бытовом.

По содержанию неоевразийство принципиально не отличается от классического: все те же идеи создания единого государства или союза, правый консерватизм, выраженный антилиберализм, противопоставление Евразии Западу, равные взаимовыгодные условия для всех народов входящих в это объединение и т. д.

Усредненная схема евразийского пространства

Всё та же дробность течения не позволяет описать его единую направленность. Сходятся они все так или иначе в одном. Есть некоторая группа людей населяющих определенное пространство, между ними существуют многолетние связи: духовные, исторические, культурные, политические, экономические, генетические и т. д. Этим людям судьбой уготовано жить в одном цветущем государстве/союзе, отстаивать свою культуру и интересы от посягательств Запада, а внутри жить в мире и согласии.

Одним из первых в 90-х годах заговорил о евразийстве одиозный экс-президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. Во время знаменитого выступления в МГУ5Полный текст выступления https://e-history.kz/ru/news/show/28540/ Назарбаев предложил новорожденным независимым государствам интегрироваться в экономический союз (ЕАС), открыть границы, продолжить поставлять по производственным цепочкам сырье, продукцию и всячески использовать совместное наследство оставленное СССР. Не обошлось в его речи и без отсылок к общей истории, генам, языку и т. д. Но Назарбаева это интересует в меньшей степени, его версия евразийства более прагматичная и основана на объединяющих хозяйственных факторах.

Другая властная политическая вариация евразийства, это идеологическая конструкция выросшая вокруг деятельности партии «Единая Россия» и президента России Владимира Путина. В своей Мюнхенской речи, Путин уже обозначил основные тезисы, легшие в основу его дальнейшего политического курса. Риторика Путина, в целом, перекликается с евразийством по ряду пунктов. Ключевые моменты речи: неприемлемость однополярного мира во главе с США, противопоставлении России Западу, тысячелетняя история России и право на собственный путь, возрастающая роль стран Востока6Стенограмма речи — https://lenta.ru/articles/2007/02/10/asymmetry/.

Говоря о Путине, нельзя не упомянуть о Владиславе Суркове, одном из главных идеологов «Единой России». В программах, статьях и заявлениях Суркова прослеживаются все те же мысли, о противопоставлении российского пути западному, об исторической непохожести и уникальности России, о монолитном многонациональном народе, о его глубинной, духовной специфике, сильной власти и т. д. Одно из главных идеологических нововведений Суркова, концепция суверенной демократии, понятие хоть и не новое, но наделенное Сурковым другим смыслом. По существу, это авторитарная власть, но действующая в национальных интересах. Главные из этих интересов — обеспечение территориальной целостности и суверенитета. Видимая марионеточная демократия, жестко управляемая из единого центра. В политическом поле Сурков отлично реализовал эту концепцию еще в начале 2000-х, тщательно дирижируя появление, исчезновение и финансирование политических партий в большинстве подконтрольных администрации президента.

Риторика Суркова также, хоть и завуалировано, очень схожа с евразийской. Для иллюстрации мы приведем несколько цитат из недавней его статьи под названием «Долгое государство Путина»:7https://www.ng.ru/ideas/2019-02-11/5_7503_surkov.html

  • Своей гигантской супермассой глубокий народ создает непреодолимую силу культурной гравитации, которая соединяет нацию и притягивает (придавливает) к земле (к родной земле) элиту, время от времени пытающуюся космополитически воспарить.
  • Перенятые у Запада многоуровневые политические учреждения у нас иногда считаются отчасти ритуальными, заведенными больше для того, чтобы было, «как у всех», чтобы отличия нашей политической культуры не так сильно бросались соседям в глаза, не раздражали и не пугали их. Они как выходная одежда, в которой идут к чужим, а у себя мы по-домашнему, каждый про себя знает, в чем.
  • Русской истории известны, таким образом, четыре основные модели государства, которые условно могут быть названы именами их создателей: государство Ивана Третьего (Великое княжество/Царство Московское и всей Руси, XV–XVII века); государство Петра Великого (Российская империя, XVIII–XIX века); государство Ленина (Советский Союз, ХХ век); государство Путина (Российская Федерация, XXI век). Созданные людьми, выражаясь по-гумилевски, «длинной воли», эти большие политические машины, сменяя друг друга, ремонтируясь и адаптируясь на ходу, век за веком обеспечивали русскому миру упорное движение вверх.

Самой яркой фигурой среди российских неоевразийцев является, пожалуй, Александр Гельевич Дугин, несмотря на обилие разоблачающих евразийство Дугина статей, клеймящих его лжеевразийцем, псевдоевразийцем и т. д. В общественном сознании имя Дугина является практически синонимом евразийства, а потому оставим выяснение этого вопроса самим евразийцам, благо они не страдают от недостатка кадров, финансирования или свободного времени.

Александр Гельевич имеет внушительный список регалий, с коим заинтересованный читатель может ознакомиться где угодно в интернете. Совершив впечатляющий ряд идеологических переобуваний, Дугин проделал путь от антисоветчины и антикоммунизма к марксизму и национал-большевизму, а затем к евразийству и консерватизму — которые он предлагал в качестве идеологической основы российской власти. Дугин, профессор МГУ в прошлом, ныне возглавляет Центр консервативных исследований и Международное Евразийское движение, а также является автором «Четвертой политической теории», которая по его собственным словам является следующим этапом развития после либерализма, социализма и фашизма. В центре дугинского евразийства вся та же приснопамятная борьба суши и моря, Востока и Запада, всё та же интеграция в новую империю с сильной властью, за тем исключением, что Дугин видит эту империю несколько шире: «Поэтому можно говорить открыто: наша цель — индоевропейская Империя от Владивостока до Дублина. Под знаменем Христа и Великого Монарха.» В текстах Дугина порою достаточно сложно понять, говорит ли он обо всем этом всерьёз. Дугин, безусловно, довольно образованный человек и интеллектуал каких в России немного. В бесконечном объёме его текстов, в его пафосной манере писать, возможно скрывается одна из самых затянувшихся шуток нашего столетия или же глубокое душевное расстройство. Так или иначе рассматривать подробнее его творчество мы в этом материале не планируем, благо наши российские товарищи сделали это за нас (см. статьи «Анти-Дугин» и «Евразийский путь как консервативная реакция»).

Разумеется на этих несколько разнородных примерах современное евразийство не заканчивается и есть множество отдельных политиков, ученых, публицистов прямо или косвенно связанных с ним, как правого, так и левого спектра. Мы могли бы продолжить говорить например о Павле Зарифуллине8Интервью Павла Зарифуллина https://www.youtube.com/watch?v=o2zHsBFOvyk, эксперте Центра Евразийских Исследований, рассказывающем о том, что цель евразийцев воссоздание СССР, что основное оружие евразийства русский язык и русская культура. Могли мы рассказать об Алексее Дзерманте, белорусском философе и политологе, активно продвигающем идеи евразийства и примечательного для нас если не авторством, то использованием забавного, хоть и несколько унизительного, термина «Желтороссия» в отношении центральноазиатского региона. Но большинство адептов современного евразийства на самом деле не так сильно отличаются друг от друга. Одни из них не называют себя евразийцами, но пользуются евразийской риторикой, другие бьют себя в грудь и говорят о том, что евразийство это не идеология, а способ познания, способ мышления, евразиец может быть и либералом, и коммунистом. Но так или иначе, все они обслуживают одни и те же политические интересы российских, казахских, белорусских и иже с ними олигархов.

Красной нитью через все их работы проходят одни и те же мысли, с весьма незначительными отличиями. Русская, евразийская цивилизация — это уникальное явление, требующее уникального подхода, уникального способа властвования, пронизанное историческими, культурными и духовными скрепами. Эта русско-евразийская цивилизация должна защищать себя от бесконечных военных, экономических и культурных нападок Запада, либерализма, атлантизма и т. д. Для этого она непременно должна создать на своих территориях союз, способный составить конкуренцию Западу в рамках глобальной капиталистической системы. Однако несмотря на все мечтания о равных условиях для всех участников, основными выгодоприобретателями являются наиболее крупные представители этого объединения: в нашем случае это Россия.

Евразийство и Кыргызстан

Разумеется, история евразийства в Кыргызстане начинается не с «Биримдика» и наша страна давно и прочно связана с рядом евразийских организаций и отдельных экспертов. Помимо ЕАЭС, речь о котором пойдет ниже, есть несколько менее приметных организаций, проводников для подобных идей. И несмотря на то, что их деятельность не особо бросается в глаза, распространена она повсеместно. Так, к примеру, в нашей стране действует филиал фонда «Евразийцы — новая волна», который занимается проведением различных мероприятий для молодежи, публикует множество аналитических материалов относительно ЕАЭС и смежных стран. И все бы ничего, но большинство мероприятий направлено на распространение русской культуры и даже больше, на распространение русского патриотизма. К примеру, одно из последних мероприятий организованных фондом называлось «Люблю тебя, моя Россия, за ясный свет твоих очей», а основной целью обозначено «Он (фестиваль — прим. КЫРГСОЦ) нацелен на развитие культурных связей КР и РФ, укрепление дружбы и взаимного доверия между народами двух стран, а также сохранение общего культурного и языкового пространства». Держим в голове то, что сами евразийские эксперты считают русский язык и русскую культуру «основным оружием», будто бы речь идет о какой-то войне. Если зайти на их сайт и вбить в поиске запрос «Кыргызстан», то мы увидим интересную картину: за весь 2020 год опубликовано порядка 15 материалов и почти все они посвящены трём темам: победе в великой отечественной войне, русскому языку и русской литературе, и естественно, ЕАЭС.

Другая дружественная фонду организация под названием Россотрудничество (Российский центр науки и культуры), курирует практически весь поток поступающих в вузы РФ абитуриентов, организующая различные студенческие конференции, семинары и т. д. Помимо прочего, ей же проводятся различные мероприятия направленные на популяризацию русского языка, по продвижению русской культуры.

Коль скоро речь зашла об образовании, нельзя не упомянуть о Кыргызско-Российском Славянском университете (КРСУ), одном из наиболее крупных вузов в Кыргызстане, который находится в тесных связях с уже упомянутыми организациями и является альма-матер для многих евразийских экспертов и регулярно устраивает мероприятия направленные на продвижение идеи евразийской интеграции, русского языка и культуры.

Если открыть сайт КРСУ и взглянуть на блок «Важные события в истории университета», то мы увидим занятную картину: визит в КРСУ министра иностранных дел России Сергея Лаврова, визит Министра науки и высшего образования РФ, конгресс-выставка «Русское слово в диалоге культур России и Кыргызстана», «Патриарх Кирилл — почетный доктор КРСУ», круглый стол «Кыргызстан и Россия на пути к созиданию и справедливости». К слову, бессменный ректор КРСУ Владимир Нифадьев9На этой крохотной фотографии можно узнать Нифадьева и Джумагулова в компании Дугина: http://images.evrazia.org/images/neafd-djam-small.jpg с 2004 года входит в Высший совет Международного Евразийского движения, а на базе КРСУ планировалось организовать евразийский институт «в котором киргизские студенты официально начнут изучать такие предметы как: основы евразийства, геополитику, основы традиционализма, философию политики…»10Новость на сайте Международного Евразийского движения от 03.06.2004 http://med.org.ru/article/1806.

Все вышеперечисленные институции сливаются в своеобразный интеллектуальный евразийский блок, который весьма неплохо финансируется из российского бюджета и формирует научную и околонаучную повестку в Кыргызстане. Тем хуже, что к евразийству через эти институты прибиваются, помимо консерваторов и националистов которым там самое место, еще и левые, которые ищут какой-то академической или исследовательской свободы от неолиберального дискурса и оказываются, таким образом в весьма маргинальной среде. Либо ты записной либерал, либо ты записной евразиец — ни на что другое денег не дадут. В свою очередь та легкость, которая позволяет становиться образованным и, в общем-то, не глупым людям на такие позиции, легко объясняется общим упадком культуры и образования в постсоветский период.

Но на образовании, культуре и публицистике дело не заканчивается, евразийская или кремлёвская пропаганда, между которыми в Кыргызстане можно смело ставить знак равенства, окружают нас всюду.

Одним из важнейший каналов распространения евразийства конечно же являются СМИ. Особенно ярко на этом поприще проявляет себя одно из крупнейших в Кыргызстане новостное агентство «Спутник»11Прим. на момент написания статьи сайт Sputnik.kg находился на 8-м месте в списке самых посещаемых сайтов Кыргызстана. Не нужно быть гением дедукции, чтобы при первом же просмотре главной страницы сайта понять направленность их работы. Являясь дочерней компанией МИА «Россия сегодня» «Спутник» является основным рупором кремлевской пропаганды в странах СНГ (в Европе и США похожую роль выполняет Russia Today). Практически ежедневно там публикуются материалы о пользе и успехах ЕАЭС, о проблемах на западе, о военном превосходстве России над всем миром и т. д, а также комментарии евразийских экспертов.

Дугин на «Спутнике»

И если рассматривать все эти явления по отдельности, то сложно найти в них что-то плохое. Нет ничего плохого в том, что кыргызстанцы имеют возможность поступать в российские вузы, имея при этом значительные льготы. Нет ничего плохого в публицистике продвигающей идеи экономической интеграции или самого евразийства, так как это важный элемент свободы слова. И, разумеется, нет ничего плохого в русском языке и русской культуре. Но в совокупности, всё это формирует идеологическое, интеллектуальное и культурное состояние нашей страны. Давление российского информационного и идеологического поля на сознание кыргызстанцев явление столь распространенное, что мы уже перестали придавать ему хоть какое-то значение. Приходя домой, очень многие смотрят новости по «Первому каналу», на Новый год наравне с обращением нашего президента, смотрят и обращение Путина. Во время футбольных матчей мы болеем за «наших» имея в виду, зачастую российских спортсменов. Доходило даже до того, что пенсионеры из регионов Кыргызстана пишут письма Путину, чтобы он навел порядок — вот это уже действительно триумф евразийской интеграции. Однако есть ли поводы пропагандировать евразийство и содержит ли оно хоть что-то позитивное для нашей экономики? На этот вопрос легко найти ответ, обратившись к эмпирическим экономическим данным.

Место Кыргызстана в ЕАЭС

Без малого 5 лет наша страна входит в состав Евразийского экономического союза. В силу тех особенностей которые сложились в экономике Кыргызстана после развала СССР, многие эксперты, да и просто рядовые граждане, выступали против вступления в союз, но несмотря на это правительство, во главе с президентом Атамбаевым пошло на вступление. Этому предшествовал ряд соглашений, например по покупке «Газпромом» государственной компании Кыргызгаз вместе со всеми его долгами за 1$ или последующее соглашение по списанию долгов российской стороной. Так, в 2012 году было списано почти 188.9 миллионов долларов, а еще 300 должны были быть списаны в ближайшие десять лет.12Источник: https://kaktus.media/doc/369905_kyrgyzstan_yje_nichego_ne_doljen_rossii._pytin_spisal_dolgi.html Во время официального визита Путина в 2019 году, Кыргызстану было выделено на безвозмездной основе 30 млн. долларов на поддержку бюджета.13Источник: https://kloop.kg/blog/2019/03/28/live-vizit-putina-v-kyrgyzstan-2/ Регулярно мы получаем различную помощь, военную технику, деньги в виде грантов или льготных кредитов, которые затем прощаются.14Киргизско-российские отношения https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%B8%D1%80%D0%B3%D0%B8%D0%B7%D1%81%D0%BA%D0%BE-%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5_%D0%BE%D1%82%D0%BD%D0%BE%D1%88%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F Так где же тут подвох? Почему мы должны сомневаться в своих благодетелях? Возможно мы расстроим некоторых своих читателей, но в глобальной капиталистической системе страны не занимаются благотворительностью. Марксизм и теория зависимого развития, о которой мы говорили в другом своем материале «Почему Кыргызстан бедная страна?», эмпирически доказывает тот факт, что в существующей мировой системе более развитые страны обеспечивают своё экономическое развитие, уровень жизни своего населения исключительно эксплуатируя страны менее развитые. Эксплуатируемые страны, с одной стороны становятся поставщиками дешевого сырья, дешевой рабочей силы, а с другой стороны рынком сбыта для стран эксплуататоров.

Таким образом, поставляя более прибыльные товары, производство которых требует промышленной, научной базы, страны получают высокую прибыль за счет нового рынка сбыта, а также консервируют отсталость в странах эксплуатируемых. Россия много лет является такой эксплуатируемой страной для стран Запада, оставаясь полупериферийным сырьевым придатком более успешных заокеанских партнеров. Кыргызстан же, в свою очередь, является крайней периферией, эксплуатация которой как раз и входит в интересы Российской Федерации (и отчасти Казахстана).

«Газпром» обладает монопольным положением на рынке газа в Кыргызстане

Чтобы убедиться в том, что в рамках ЕАЭС мы являемся рынком сбыта, достаточно взглянуть на экономическую статистику. Очень показательным выглядит отчет Евразийской экономической комиссии, «Объёмы взаимной торговли государств — членов ЕАЭС» за 2019 год15Источник Евразийская экономическая комиссия — http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_stat/tradestat/tables/intra/Documents/2019/12/I201912_2_1.pdf:

РоссияБеларусьКазахстанАрменияКыргызстан
$ 38 785 893 846$14 548 986 439$ 6 317 218 669 $ 760 894 512 $ 621 088 666
Сумма экпортируемых каждой страной союза товаров в 2019 году

Как мы видим, доля России в экспорте с гигантским отрывом составляет в этом отчете более 50%, а Кыргызстан исправно занимает последние места. Возможно кто-то скажет, что все дело в отсутствии в Кыргызстане промышленности, да только до вступления в ЕАЭС мы экспортировали достаточно большое количество продуктов текстильной и трикотажной промышленности. Однако вступление в ЕАЭС привело к еще большей производственной деградации Кыргызстана, о чем свидетельствует статистика объемов экспортных поставок КР в государства члены ЕАЭС за последние пару лет16Источник статистической информации Евразийская экономическая комиссия. http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_stat/tradestat/tables/intra/Documents/2018/12-180/I201812_8_4.pdf — данные за 2018 год, http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_stat/tradestat/tables/intra/Documents/2019/12/I201912_8_4.pdf — данные за 2019 год :

Наименование2018 $2019 $Разница $
Верхняя одежда мужская трикотажная2117489545340-1572149
Верхняя одежда женская трикотажная92615970634448
Одежда женская трикотажная5333849123426507008801
Одежда мужская трикотажная163129773706486-12606491
Рубашки мужские трикотажные132790344222653-9056381
Блузки женские трикотажные9456048238274275-56286207
Итого13169846459190486-72507978
Виноград, свежий или сушеный171800873342945616286
Яблоки, груши и айва, свежие353342569537003420275
Картофель93107732152692284192
Лук репчатый, чеснок102936831266872097319
Итого72118782062995013418072
Итоговая разница между группами.

-58 089 906
Смена структуры экспорта за последние пару лет

Хорошо видно что более прибыльная и технологичная сфера текстильной и трикотажной легкой промышленности, историческая находящаяся в нашей стране на хорошем уровне, за год уменьшилась почти вдвое на 72.5 миллиона долларов. В то же время, экспорт продуктов сельского хозяйства, менее прибыльного, менее технологичного (особенно учитывая, что сельское хозяйство ведется наиболее отсталыми способами), вырос более чем в 2 раза, на 13.4 миллиона долларов. Конечно, мы не учитываем весь список экспортируемой продукции, но тем не менее тенденция очевидна. С каждым годом в кыргызстанском экспорте растёт доля сельского хозяйства и падает доля легкой промышленности. ЕАЭС не нужны никакие иные кыргызстанские товары, кроме сельскохозяйственных, потому что все страны союза производят плюс/минус одну и ту же продукцию.

Неплохо статистика иллюстрирует и то, кто является основным выгодопреобретателем от существования ЕАЭС. Согласно статистике, Россия экспортирует, в среднем, в 2 раза больше чем импортирует. Все остальные страны имеют отрицательный торговый баланс, причем в обратной пропорции.

Структура взаимной торговли стран ЕАЭС

Однако даже не принуждение к покупке своих товаров Россией является основным элементом наших с ней взаимотношений в рамках ЕАЭС. Самым важным ресурсом, необходимым российской экономике, является рабочая сила, а именно мигранты. Согласно статистике 2019 года, в России трудится около миллиона(!) наших сограждан, что составляет невероятную 1/6 часть от всего населения Кыргызстана и 1/4 от всего работоспособного населения17https://kaktus.media/doc/386099_chto_bydet_s_kyrgyzstanom_esli_vse_trydovye_migranty_vernytsia_na_rodiny.html. Для мигрантов вступление в ЕАЭС обеспечило значительные послабления миграционного режима: к примеру, наши соотечественники освобождены от ежемесячной оплаты патента, благодаря союзу они могут работать по трудовому договору, наравне с гражданами РФ. Сейчас рассматривается вопрос учета трудового стажа на территории стран ЕАЭС при расчете пенсии. Регулярно проводятся миграционные амнистии, устраиваются языковые курсы, организационные наборы и в целом принимается множество мер для привлечения рабочей силы из Кыргызстана и облегчения её нахождения на территории РФ.

Тут скрывается основная роль Кыргызстана в рамках евразийской интеграции, которая заключается поставке в Россию дешевых «человеческих ресурсов». И все те небольшие преференции, которые имеют кыргызстанские мигранты в РФ благодаря ЕАЭС, являются еще одним инструментом закрепления потока дешевой рабочей силы из Кыргызстана в Россию.

Трудовая миграция является важным двигателем экономического развития, для любой из ведущих или догоняющих капиталистических стран. Мигранты, исторически выполняют множество функций приносящих классу капиталистов и подвластному им правительству множество политических и экономических выгод. Миграция создает все расширяющуюся резервную армию труда и чем более она пополняется, тем менее ценным становится труд рабочих — граждан страны. Мигранты, особенно нелегалы, готовы работать за меньшие деньги, без социальных и юридических гарантий, в плохих условиях и на тяжелых работах. Таким образом, с одной стороны миграция позволяет значительно снизить издержки и увеличить норму прибыли капиталиста, а с другой стороны позволяют задавить внутреннее рабочее движение и откусить от него очередной кусок прав и гарантий. В то же время, всю вину можно свалить на самих мигрантов и вместо того, чтобы выносить с завода на вилах владельца предприятия, рабочие пойдут вымещать свою обиду на самих мигрантах, которые вероятно и сами не рады за нищую зарплату, в рабских условиях гнуть спины по 15 часов в сутки, чтобы построить очередную новостройку в Москве или продать припозднившемуся гуляке очередную бутылку водки в «Пятёрочке».

В то же время, страна принимающая мигрантов не тратит ничего на подготовку этой рабочей силы, если конечно же не учитывать тех затрат на пропаганду, описанных выше. Её взросление, обучение и подготовка уже оплачены страной более бедной. Мигрантам не нужно обеспечивать бесплатное медицинское обслуживание, на них не нужно распространять социальные пособия, а в случае если они придут в негодность их всегда можно вернуть и заменить на новых. Уже не одно поколение кыргызстанцев сменило друг-друга на заработках в России. При всём при этом мигрантов нельзя просто взять и исключить из экономики страны. Если попытаться провести простой мысленный эксперимент и представить, что завтра из России исчезнут все трудовые мигранты, то кто займет их место? Кто будет работать на заводах, стройках, в супермаркетах? Кто будет водить такси, подметать московские улицы? Вызывает большое сомнение, что огромная часть местного российского населения занятая в паразитических сферах непроизводительного труда внезапно проникнется прелестями тяжелой физической работы и низкой зарплаты. Вся социальная структура любой капиталистической страны, коей Россия и является, держится на плечах мигрантов, в том числе и наших с вами соотечественников. А если держать в голове, что вся прибыль, все блага создаются только человеческим трудом, то ответ на вопрос «а так ли мы нужны России?» становится и вовсе очевидным. Получает в этом обмене она гораздо больше чем отдаёт, в свою очередь делая невозможным хоть какое-то развитие Кыргызстана как самостоятельной экономики.

Вместо заключения

В итоге, ознакомившись с историей евразийства, с его основными идеями и формами которые оно приняло со временем, можно сделать несколько простых выводов.

Первоначально евразийство, как интеллектуальное течение, появилось с некоторым опозданием. В феодальные времена Россия, являлась вполне себе европейской страной, ведя почти классическое европейское феодально-крепостное хозяйство. Она имела определенный вес на мировой арене, тесные связи с европейскими династиями и в целом чувствовала себя на этом поприще весьма неплохо: дворянская элита говорила на французском, путешествовала по Европе, Петербург равнялся на Париж, а на заработки в Россию приезжали немцы и французы (как-то не очень вяжется с евразийством, не правда ли?). С развитием в Европе тяжелой промышленности, финансового капитала, Российская Империя из жандарма Европы все больше скатывалась до положения страны отстающей. Именно в это время происходят реформы Александра II, отмена крепостничества и оформление институционального перехода к капиталистическому хозяйствованию.

То, что делали ранние евразийцы было ничем иным как запоздалой попыткой выполнить политический и социальный заказ, найти способ решить те противоречия, с которыми столкнулась старая феодальная империя в попытках встроиться в мировую капиталистическую систему, удовлетворить идеологический запрос на нарождающийся русский национализм, сочетаемый с империализмом. Однако попытка эта потерпела крах еще до того как была осуществлена, так как вопреки всем ожиданиям в России происходит социалистическая, а не буржуазная революция. Именно по этой причине на момент появления евразийство нашло отклик только в эмигрантской среде за пределами России.

Российский колониализм, о котором говорило раннее евразийство, мало чем, по сути, отличался от колониализма европейского. Явное отличие можно выделить только одно: отсталая в капиталистическом плане Российская империя с большим опозданием начала проводить жесткую колониальную политику, «бескровность» которой кыргызы прочувствовали на своей собственной шкуре, убегая по «молочным рекам» разлитым царём — «наследником Чингизхана», согласно евразийским штудиям, — в непроходимые горы. Единой культуры, о которой говорили ранние евразийцы, на деле никогда, до появления Советского Союза, не было, так как её не могло быть по определению в полуфеодальных обществах на окраинах империи. Если говорить о Кыргызстане, то пришлые из России и Украины крестьяне-колонисты абсолютно не понимали кыргызских кочевников, и более того, были настроены к ним агрессивно, занимая лучшие места в плодородных долинах и вытесняя все дальше в горы местное население. Это понимание и эта общая культура появились тут только с советской властью, когда начали отстаиваться не интересы русского капитала и русского крестьянства, а интересы кыргызских рабочих, кыргызских крестьян и кыргызских кочевников. Проводилась политика коренизации, создавались жайлонные советы, создавалась кыргызская письменность, распространялось образование, в том числе и на кыргызском языке. И все эти достижения не были связаны не с именем России и уж тем более не с именем евразийства, а как раз таки напротив, были результатами марксистского, рационального анализа. (см. статью «Что такое коренизация и как это касается Кыргызстана»)

Не случайно что от общей культуры и взаимопонимания не осталось камня на камне после развала СССР. Жители Средней Азии или даже соотечественники азиатской наружности в массовом сознании российского обывателя давно превратились в «чурок», жители Кавказа в «хачей», а все они вместе взятые — в «черножопых гнид».

Неоевразийство, в свою очередь, было обречено на успех. После развала СССР, основного центра способного противостоять глобальному капиталистическому Западу, Россия снова оказалась на своеобразных руинах империи, как и 70 лет назад, столкнувшись с необходимостью выстраивания системы русской национальной идеологии и идентичности. В свою очередь молодой российский капитализм очень скоро начинает нуждаться в экономической экспансии вовне. И евразийство без труда стало решением обоих проблем, наконец-то выполнив своё историческое предназначение, став официальной идеологической витриной российского колониализма в странах СНГ. Внутри самой РФ евразийство с переменным успехом выполняет роль русского национализма «с человеческим лицом», занимаясь этим главным образом этнически неоднородных регионах вроде Татарстана, Башкирии, Бурятии, Якутии, Северного Кавказа и т.д.

Вопрос о том как вернуть «утерянное национальное величие» имеет весьма простой ответ — стать эксплуататором, как и все прочие развитые капиталистические страны. Но в ХХI веке нельзя прийти с шашками наголо и объявить эту землю своей. Сейчас необходимы долгие политические ухаживания, идеологическая обработка, с чем Россия, при помощи евразийских институций справилась на ура. Содержимое колониализма не изменилось, поменялась лишь только форма. Современный российский неоколониализм всё также ничем не отличается от неоколониализма европейского, просто в силу отсталости он по прежнему приходит с опозданием и своими изюминками.

Оставаясь в капиталистической миро-системе, каждый находится на своем месте. И решения предлагаемые евразийством, это не выход из сложившейся ситуации для нас — это скорее вход для России на более приличные места в огромном капиталистическом спектакле.

Интеллектуально евразийство аморфно и бесполезно, ибо является обычной ширмой для общественных отношений и не содержит рационального зерна. Идеологически оно вредно и опасно, особенно для экплуатируемой Россией страны. И если «Биримдик» провозглашает евразийство своей идеологией и хочет с его помощью решать экономические, политические и социальные проблемы, то они либо сильно заблуждаются, либо просто-напросто обслуживают весьма недвусмысленные интересы российского капитала (это, к слову, является вполне вероятным ответом на вопрос, почему в качестве идеологии было выбрано именно евразийство). И то и другое ничего хорошего Кыргызстану не принесет.

Смешивание евразийства с социализмом, попытку которого осуществляет «Биримдик» и его идеологи, отсылаясь в к советскому прошлому нашей страны — это безумная эклектика, не имеющая ничего общего с историей и действительностью. Никогда и ни при каких обстоятельствах не возможен колониальный социализм, так как это само по себе противоречит определению социализма, как системы с равным уровнем распределения благ, тогда как колониализм по определению подразумевает экономическое неравенство. Не было его и в СССР, который складывался как антиколониальное государство и сохранял в себе эти черты до самого своего распада. Единственной возможной формой неэксплуататорского сотрудничества между странами была и остаётся интернациональная рабочая солидарность.

Значит ли это всё что «Биримдик» плохая партия, за которую категорически нельзя голосовать? Нет, она не лучше и не хуже всех прочих, по крайней мере на данный момент. Более того, мы считаем позитивным явлением внимание как обычных людей, так и политических деятелей к социалистическим идеям. И сейчас важнейшей задачей для себя мы считаем развить этот интерес в здоровое, нормальное движение, очищенное от вредной и в сути противоречащей социализму идеологии, коей евразийство и является. Именно эту цель преследует данная статья.

Если вы нашли ошибку, фактическую или орфографическую, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Enter+Ctrl.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: